Подобный комикс должен подразумевавть некий уровень стебности, но не все так просто. Посмотрим на традиционного супергероя — его лицо скрыто маской, он безликая сила, “супермент” (по терминологии Цветкова).Его сила не только в способностях, но и в полном обезличивании. Супергероя традиционно опасаются официалы, однако пользуются его услугами до какого-либо предела.
На роль нашего супергероя выбран один из самых одиозных защитников режима: человек, мягко говоря, малоинтеллектуальный, но до гланд преданный власти. Его лицо открыто, его все знают, с властью у него, по определению, трений не возникает, ибо он сама власть. И самое главное: он появляется пост-фактум, только тогда, когда насилие и вред уже являются совершенным фактом. Человек-Грызлов не предотвратитель ситуации, но он ее регистратор. Когда супергерой появляется уже после свершенного зла, он его не предотвращает, однако у людей создается видимость, поэтому слоган этого комикса “Человек-Грызлов придет и молча поправит все”.
Он действительно неразговорчив этот чиновник, вспомним его: “Парламент не место для дискуссий” – создается видимость исправления ситуации, но, однако мы получаем лишь ее временную стабилизацию. Объяснений зла для нас тоже не будет, как не будет реальных шагов по его предотвращению. Таким образом, миф о Человеке-Грызлове является существенным показателем уровня ожиданий нашего общества и уровня компетентности властных структур буквально во всем. Выбор Грызлова на роль супергероя, а вернее nihil(ничто)-героя, более чем оправдан.